Во тьме ночной при свете дня

Мини-злодей форума ¦ Мистер-маг


Осенью как-то особенно хочется жить, и дрожащие от тумана улицы кажутся растворенными во времени...
Шаблон анкеты ¦ Гостевая ¦ Список ролей ¦ Внешности ¦ Сюжет ¦ Сюжетный FAQ ¦ Нефилимы ¦ Вампиры ¦ Маги ¦ Круг ¦ Нужные всем ¦ Оборотни

События в игре: Валентин Моргенштерн захватил власть в Аликанте. Представители Конклава сдались и приняли его правление. Те несогласные, кто решил выступить против Моргенштерна отправились в Институты, чтобы спланировать свои дальнейшие действия. Джонатан Моргенштерн подчинил себе Джейса Эрондейла, а его друзьям пришлось спешно покинуть Идрис, чтобы не угодить в руки Валентина. Вместе с ними в Нью Йорк отправились представители нежити, оборотней и фэйри.


Лучший пост
Цитата месяца
Читать пост
Быть сыном того самого Моргенштерна было нелегко, они оба прочувствовали это на себе, а потому, хоть и были преданны, слепой любви к нему, как в детстве, не питали.
Активист
Jonathan Morgenstern
Глас администрации

Ссылка на наш блог
Мы рады приветствовать вас на новой ролевой по "Орудиям смерти"! Очень надеемся, что вам вместе с нами захочется окунуться в этот удивительный и необычный мир К. Клэр, и написать там свою историю. Поздравляем всех с открытием!
.

TMI. The Dark Souls

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » TMI. The Dark Souls » Сюжетные эпизоды » ep. 4 Встречи, которым лучше было бы не состояться


ep. 4 Встречи, которым лучше было бы не состояться

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Встречи, которым лучше было бы не состояться
http://s3.uploads.ru/djZfK.gif

Он пришёл в это место, чтобы встретить сестру, а вместо этого встретил уставшего, обозленного и готового сразу убить его Лайтвуда. При чём не лучшего из них, по мнению Джонатана. Вот если бы тут была красавица-Изабель... Но Алек не намерен выпускать отсюда своего врага живым. Если он не сможет вытрясти ответы на вопросы или заставить вернуть кого-то из близких, то хотя бы отомстит.


Участники: Jonathan Morgenstern & Alec Lightwood
Время: Пять дней после падения Конклава
Место действия: Институт Нью-Йорка
Предупреждения: глупый-глупый Джонатан

0

2

После того, как отец добился того, чего они хотели, можно было праздновать победу, но только Джонатану не хватало еще кое-чего. Он хотел свою сестру себе. Хотел забрать ее у матери и оставить рядом с собой, потому что она тоже должна была быть на их стороне. Победа отца - это победа всех представителей рода Моргенштернов, к коим относилась и Кларисса, понимала она это или нет. Он поможет ей осознать правду о том, что произошедшее с Конклавом великое благо, к которому стремились Сумеречные охотники веками и вот этот момент настал.
Бессмысленно бороться с тем, что уже произошло. Бессмысленно бороться с будущем, которое наступило. Конклав сам выбрал его и теперь все оставшиеся его члены, кто позорно сбежал, должны подчиниться его воле. Это их выбор - принять его отца. И Кларисса должна покориться. Если она не захочет это сделать сама, он сможет ей в этом помочь. Он научит ее, как правильно жить в этом новом мире, вместе с ним, Джейсом и их отцом. Если она так хочет, то думается, отец не будет возражать, чтобы они оставили их мать в живых. Он не стал бы этого делать, но прекрасно понимал, что, к сожалению, Валентин питает некую странную привязанность к Джослин, которую не могло изменить ничего. Это было абсолютно непонятно Джонатану.

Он неслышно шел по Нью-Йорскому институту, предполагая, что Кларисса должна была остаться в нем, после того, как отправилась из Идриса домой. Вряд ли мать позволила бы ей остаться дома, при том, что люди отца знали, где он находится, поэтому Институт был самым безопасным местом для них... Был - ключевое слово. Джонатан был уверен, что пройдет немного времени и отец сменит холодный нейтралитет к теми институтами, что не присоединились к нему, на войну. Они подчинят их и тогда у Клариссы и остальных не будет шансов. Может, поэтому Джейс спокойно был готов ждать этого момента? Когда Клэри сама решит поклониться их отцу и признать его главенство? Вот только Джонатан не привык ждать, да и не хотел. Он хотел получить свою сестру сейчас же. Он получил обратно брата, забрав его от Лайтвудов и подобных. И не собирался отдавать Клэри ее матери. Она его сестра и она принадлежит ему.

Джонатан прошел по коридору, где должны были находиться спальни. Он искренне пытался вспомнить хоть что-то, что Джейс рассказывал ему об Институте. Печально, что он не догадался спросить того о его устройстве и о том, где может находиться комната Клариссы. С другой стороны, как это бы выглядело? Он достал клинок, на случай, если окажется, что дверь ведет не туда. Аккуратно открыл ее, но комната была пуста. Заправленная кровать, минимум мебели, даже одежды особо не было. Вряд ли это комната принадлежала Клариссе.
Хотелось верить, что они похожи с сестрой, и та тоже не держит свою спальню в идеальном порядке. Он прошел по коридору дальше и открыл еще одну. Снова мимо и пусто. Заглядывать в каждую комнату по очереди явно было глупо. Джонатан постарался вспомнить хоть что-то, что могло ему помочь и прошел до еще одной спальни, которая была последним вариантом. Комната тоже была пуста, но явно являлась жилой. Слегка разбросаны вещи и даже несколько набросков валяются на полу. Их явно оставили из-за какой-то спешки. Он подошел и поднял к одному из них.
Джейс. Как мило. Стоит сохранить для него, - криво усмехнулся Джонатан, складывая рисунок и засовывая его в карман джинс.

[AVA]http://savepic.net/8541877m.png[/AVA]

+4

3

Теперь, когда в Институте их осталось всего трое, Алек старался всегда чётко представлять, где находятся, и Иззи, и Клэри. И если в том, что сестра может позаботиться о себе, он не сомневался (и что, в случае нужды, она обязательно свяжется с ним, что бы рискованное не затеяла), то с этой рыжей девчонкой… всё всегда было не в порядке. Она могла подорваться и побежать решать какие-то дела, могла засесть в библиотеке, могла мучить свой альбом, пытаясь создать новую руну. Поэтому, сам не заметив того, Лайтвуд понял, что заботится и беспокоится о ней. Их ведь действительно всего трое. Неизвестно, что ей придёт в голову в следующую минуты и, как бы он не хотел, чтобы она училась себя защищать, несколькими тренировками это дело не решить. Поэтому стоило целенаправленно заниматься, надеясь, что нужные знания удастся довести до автоматизма не за несколько лет, а за несколько месяц.
Пару недель назад, Алек и подумать не мог, что будет вечером в свободные полчаса идти в комнату Клэри именно за тем, чтобы заставить её (или позвать – обычно она не слишком упрямилась в этом) тренироваться. Это всё сильнее делало её «своей», хотя, кажется, он уже просто отвык воспринимать её иначе. Она нефилим. Осталось сделать её Охотником.
Жаль, что повысившийся градус доверия не мог послужить причиной достаточной откровенности, чтобы облегчить ему душу. Очень жаль. Но вряд ли подобные сведения хоть сколько-то помогут Клэри. После той ночи он, вообще, понял, что лучше держать такое при себе. Джейс жив. Остальным знать больше пока не стоит.
Дверь в комнату Клэри оказалась открыта и, прежде чем Алек успел позвать её, он сделал ёщё шаг вперед и резко остановился. Наваждение длилось всего долю секунду – слишком много он думал в последние дни о брате, чтобы тот примерещился ему ещё и наяву. Но высокая фигура и светлые волосы на мгновение сбили столку и вопрос сорвался сам собой:
- Джейс? – и только спросив это, Лайтвуд очень об этом пожалел. Конечно, нет. Конечно, ему неоткуда здесь взяться. Собственно, человек перед ним даже не был так уж на него похож – тихий и уязвимый тон сменился ледяным. Злость неожиданно резко вспыхнула – Охотник даже сам не ожидал от себя подобного. Впрочем, он и не ожидал, что ему удастся столкнуться со своим врагом в их доме, - Что ты здесь делаешь, Моргенштерн?

+2

4

Он слышал, как кто-то шел по коридору и искренне надеялся, что это Клэри, но когда его впервые окликнули. Он сразу осознал, что не один он ошибся со своими надеждами. Стоило Алеку понять, кто перед ним, как голос парабатайя брата резко изменился. Почему-то это невольно позабавило Джонатана. Он слегка усмехнулся, посмотрев на парня.
- Невежливо Лайтвуд ты разговариваешь с гостями, - он покачал головой и внимательно посмотрел на Алека, словно изучая его. Он и раньше искренне пытался понять, что заставило Джейса связать с ним судьбу и сделать его своим парабатайем. Ничего, кроме отвращения он не вызывал в Джонатане. Неправильный, слабый, якшающийся с нежитью. Казалось, что от него просто посет этим запахом. И все-таки он был парабатайем брата. Они даже как-то рассуждали, захочет ли Алек присоединиться к ним или нет. И по тому, как он встречал сейчас Джонатана, ответ явно был очевиден.
- Ты же сейчас почти глава Института, заменяешь родителей, пока они в Идрисе, разве можно так разговаривать с теми, кто пришел проведать старых друзей? - он даже изобразил на лице легкое недоумение с обидой. Хотелось верить, что получилось убедительно. Возможно, все портила легкая ухмылка, которая то и дело появлялась у него на лице, но он ничего не мог с собой поделать. Он смотрел на Лайтвуда и все внутри торжествовало. Он забрал себе то, что принадлежало ему по праву. Собирался забрать еще и сестру, если бы та была здесь, но видимо в этот раз ему не повезло. Стоило исчезнуть, пока Лайтвуд не позвал кого-нибудь или сам не решил с ним попытаться расправиться (Джонатан был уверен, что ему не составит труда отправить этого нефилима на тот свет), но почему-то он медлил.
- Впрочем, Джейс предупреждал меня о подобной реакции от тебя, - равнодушно пожал плечами Джонатан и слегка вздохнул. Он говорил так, будто они обсуждали Алека с Джейсом часто, словно это была одна из многочисленных, обыденных тем для их разговоров. Но на самом деле Джонатану очень хотелось посмотреть реакцию Лайтвуда на его парабатайя. Интересно, насколько для него болезненно было потерять его и на что он готов, чтобы вернуть Джейса? Нет, видеть их на собственной стороне Джонатан был не готов. Это значило бы снова делить брата с кем-нибудь. Тем более, кто может быть дороже парабатайя? Он читал об этом в детстве и теоретически предполагал какая связь может у них быть. А также он помнил о том, что без парабатайя человек слабее, если тот далеко. Хотелось узнать насколько сейчас Алек Лайтвуд уязвим? Не только физически, но и морально.

[AVA]http://savepic.net/8541877m.png[/AVA]

+2

5

Для того, чтобы узнать позднего гостя, Охотнику потребовалась всего секунда или две. Алек был почти уверен, что в ближайшее время не увидит больше это лицо, не услышит голос и уж тем более не окажется на расстоянии удара. Будь у него клинок или лук, он бы больше не мешкал. Нет. Для него до сих пор было непонятно, как сын Валентина мог так легко втереться к ним в доверие? Так легко манипулировать, располагать к себе. Неизвестно каким был настоящий Себастьян, но из Джонатана актёр получился слишком хороший. 
И внутри было достаточно сильных эмоций за все, что они сделали, чтобы стереть это выражение недоумения.
- Ты не гость и не друг, Джонатан, - ровно с той же легкостью, с которой раньше у Моргенштерна выходило изображаться нормального и вменяемого нефилима, он сейчас играл словами. Алеку же справиться с ними было на порядок сложнее – Моргенштерн знал куда и как бить. Родители. Макс. У них не получилось тогда вывести практически никого, обрекая их милость Валентина, после того, как Конклав склонил головы. Они были готовы сражаться, их готова была поддержать нежить, они имели шанс! Лайтвуд сжал губы в тонкую полоску, борясь с желанием, наконец, сделать хоть что-то. – Мои родители в Идрисе, а твой отец держит их в плену.
Он очень надеялся, что ещё держит, а ещё не захотел расквитаться с теми, кто однажды его уже предал. На этот раз у Алека было что сказать, но мысль так и осталась висеть в воздухе.
- Впрочем, Джейс предупреждал меня о подобной реакции от тебя, - слова прозвучали не просто резко – скорее напротив. Слишком спокойно, слишком естественно. И Алек должен был ждать чего-то подобного, но всё равно внутренне дрогнул от одного упоминания. После того, что Лайтвуд видел своими глазами, после того, что слышал… Он решил прекратить верить тому, что видит. Потому что ни доли правды ему не покажут.
- Ты собрал всё худшее от своего отца, но в умении врать тебе не откажешь, - сохранять хотя бы видимость спокойствия стало ещё труднее – Алеку потребовалось медленно вдохнуть и выдохнуть. – Не знаю, что именно вы сделали с моим братом, но я найду способ это исправить и вернуть его.

+2

6

Мои родители в Идрисе, а твой отец держит их в плену. - ах вот как, оказывается Лайтвуд находится в полной уверенности, что родители в плену. Какого же будет его удивление, когда он узнает, что это не так? Сказать и посмотреть его реакцию или помучить дальше неведеньем? Что хуже, не знать, что на самом деле с твоими близкими или понимать, что они оказались не такими идеальными, как ты себе их представлял?
Сравнить Джонатану было не с чем, поэтому ему приходилось лишь гадать. Он не испытывал ни разу в жизни ни одну из этих эмоций, поэтому нужно было обращаться к опыту классиков и информации, почерпнутой извне.
- Ты собрал всё худшее от своего отца, но в умении врать тебе не откажешь, - подумать только, он надеялся его этим упрекнуть? Или хотел наоборот сделать комплимент? В каком именно месте Джонатан должен был обидеться или оскорбиться? Он лишь криво усмехнулся, покачав головой. Какая же неловкая попытка его задеть, если это была она.
Но вот следующая фраза заставила Моргенштерна внутренне содрогнуться от приступа ярости. Он невольно сжал меч сильнее, настолько, что костяшки побелели.
- Он тебе не брат, - выплюнул Джонатан, разделяя каждое слово, словно желая донести до Лайтвуда очень простую истину. - И никогда им не был, - как же хотелось прикончить эту тварь сейчас. Он был безоружным и одного четкого движения хватило бы, чтобы оборвать его жизнь раз и навсегда. Он даже на секунду дернулся вперед, словно порываясь это сделать. Что случилось с его парабатайем, он Джейсу потом объяснит. Схватка с вампирами, нежитью, Конклавом, да кем угодно! Только, чтобы это ничтожество, смеющее называть себя нефилимом, не смело произносить эти слова. - Он сын Валентина Моргенштерна, был и будет им, а то, что вы на какое-то время дали ему кров и пищу, ничего не значит, - Джонатан не мог понять почему так реагирует на простые слова. Ведь ясно, что этим предложением Лайтвуд хотел сказать совершенно другое, но именно это повседневное "брат" и разозлило Джонатана сильнее всего. - Если бы это было не так, то, наверное, он был бы сейчас с вами, а не с отцом и мной? Ваша жалкая семейка для него ничего не значит, - наконец-то, он смог хотя бы внешне взять себя в руки, и почти равнодушно пожал плечами. Решение пришло само собой. Ему хотелось сделать Лайтвуду больнее и о последствиях сейчас он едва ли задумывался. Тем более, какие могут быть у отца планы на старших Лайтвудов? Кто предал один раз, предаст и другой - это было логично. - Хотя... возможно, Джейс немного привязался к твоим родителям, которые остались тоже с нами, - в этот момент он очень заинтересовался лезвием клинка, казалось, Джонатан просто рассуждает над обыденными вещами. - Ах да, хотел разуверить тебя относительно плена - они остались с нашим отцом совершенно добровольно, и так же, как все приклонили колени, - Джонатан хмыкнул и снова посмотрел на Алека. - Предполагаю, что они даже знали, чьим сыном на самом деле является Джейс или ты думаешь, что твой отец не почувствовал бы, как умер его парабатай и не заметил подвох, когда на его пороге внезапно появился его якобы сын? - Джонатан не удержался и даже ухмыльнулся. Теория была придумана только сейчас. Признаться, он даже не задумывался об этом раньше, да и вообще вся эта идея с тем, что Джейса отдали, из-за того, что он оказался слабее, не особо нравилась Джонатану (за исключением момента, что по мнению отца он явно лучше), но его тогда никто не спрашивал. - Ты же, наверное бы, почувствовал, если бы с твоим пабатайем что-то случилось? - а этот риторический вопрос был словно ответом на фразу Алека. Мол, смотри, я ничего не делал с твоим Джейсом, иначе ты бы узнал, разве нет? Значит он сам оказался на моей стороне. Добровольно.

[AVA]http://savepic.net/8541877m.png[/AVA]

+3

7

Есть? Алек не рассчитывал на то, что слова окажутся действенными, но, кажется, он достиг своей цели. С тем лишь уточнением, что Моргенштерна ему хотелось убить, а не продолжать обмениваться любезностями. Но Себастьян был достаточно взбешен, что невольно породило в голове вопрос – неужели ему настолько неприятно сравнение с чудовищем, когда он сам им является в полной мере?
- Он тебе не брат. И никогда им не был. – нет. Конечно же, не упоминание Валентина вывело Себастьяна настолько из себя. Алек приготовился уйти от удара, но Охотника, вместо того, чтобы переходить от слов к делу, словно прорвало. Он говорил и говорил, упиваясь своей горячностью и напоминая фанатика с каждой секундой всё больше. Судя по всему, он уже достаточно копил это в себе, не находя благодарного слушателя, чтобы выместить презрение и обиду. Вот только никакой жалости к этой обиде испытывать было невозможно. Лайтвуд, в отличие от своего врага, смог хладнокровие сохранить. И поэтому в эту секунду молчал, обращая больше внимание на то, не дернется ли сейчас в его сторону Себастьян.
Если бы Джейс мог вновь стать собой, настоящим собой, то… Нет, вряд ли бы он всё равно бросил Макса и родителей в Идрисе, даже, чтобы вернуться к ним. Просто потому что не смог бы так поступить, предпочтя и дальше рисковать собой в абсолютно неравном поединке. У Алека были все причины полагать так. Мало вернуть брату себя, необходимо при этом и суметь сделать так, чтобы они все выбрались. Что возвращало к невозможности этого сейчас.
- Ах да, хотел разуверить тебя относительно плена - они остались с нашим отцом совершенно добровольно, и так же, как все приклонили колени. – в жизни было достаточно причин почему Роберт и Мариза могли сами принять решение остаться и все они могли быть настоящими. Очень немногие говорили в их пользу, но прошлое на то и прошлое, чтобы не отворачиваться от него.
- Может быть, они остались добровольно и приклонили колени сами, - в конце концов, раньше они и впрямь так поступили. Как не хотелось верить Алеку в обратное, он не отрицал, чтобы не показывать насколько это сложно принять, насколько больно осознавать, что собственные родители могли отвернуться от всего, во что он верил. Когда он узнал об этом, то почувствовал желание отрицать, почувствовал отторжение чужой слабости, ошибок. Но ещё Лайтвуд понял кое-что ещё, - … вот только ни я, ни моя сестра – это не наши родители. Мы никогда сами не приклоним колени и скорее умрем, чем подчинимся безумцу, который возомнил, что знает лучше всех, каким должен быть мир.
В голове появились другие имена. Клэри. Она тоже не подчинится. Магнус, Саймон, Рафаэль, Люк. И это только один город, а уцелели и другие, и Моргенштернам придётся очень сильно постараться, чтобы распространить свою власть куда-то ещё. Павший Конклав – это не конец.
Больше Алек не стал отвечать ничего, в особенности про Джейса. Сейчас у него был шанс, и надо было им воспользоваться. Как бы сильнее не хотелось убить Себастьяна, а он был ценным заложником, который сам решил прогуляться по их территории. Надо было выбить оружие, а затем уже постараться его обездвижить, а лучше хорошо пошуметь. Охотник рванул вперед, намериваясь лишить Себастьяна своего клинка.

+3

8

Только окончив свою тираду относительно Джейса, Джонатан осознал, что Лайтвуд остался совершенно спокойным. Внутренне это разозлило его еще больше. Отец всегда говорил, что выигрывает тот, кто владеет собой и отмечал, что иногда у сына были проблемы с этим и сейчас... Сейчас Алек доказал, что подобное есть. Как же хотелось снести Лайтвуду голову. Его тошнило от него. От его голоса, вида, жестов, мимики - все в Сумеречном охотнике вызвало у Джонатана отторжение, которое нельзя было побороть.
- Только дай мне повод, - пронеслось в голове. Никто не обвинит его в том, если он случайно убьет Алека в порыве самозащиты. Он будет очень сокрушаться и винить себя перед Джейсом, даже предложит ему уйти (разумеется под действием руны Лилит), но это будет потом, когда он разберется с Лайтвудом, когда от него останется лишь труп. Джейсу не будет важен парабатай. У него есть настоящий брат. Брат, способный понять какого это жить одному столько лет, понимать, что ты лучше других просто по факту своего рождения, осознавать, что никто и никогда не сможет приблизиться к твоей силе и по настоящему понять тебя. 
Джонатан заметил движение Алека в тот момент, когда он только сделал порыв. Он резко вскинул клинок, готовый пронзить это отродье насквозь, но в следующую секунду ногу пронзила такая боль, что он невольно отшатнулся назад. Ему удалось сохранить самообладание, хотя он и побледнел слегка. Алеку удалось сделать то, что он планировал - завладеть клинком. Оставалось надеяться, что Лайтвуд спишет подобное его поведение на шок от неожиданности. Нечасто на тебя кидаются с голыми руками.
Он осознал, что даже наступить на ногу нормально не может.
Какого черта?! - только и выругался мысленно Джонатан. На доли секунд его охватила паника. Может быть Лайтвуд не просто трахается с колдуном, но и что-то позаимствовал у него, силы, кровь, какой-нибудь амулет, позволяющий причинять боль на расстоянии? Тогда все очень логично. Он кинулся отбирать клинок, понимая, что сделает также и другой выпад. Вот только самообман длился недолго - это не действия Алека, тогда что?

Он почувствовал боль в правом боку, словно его кто-то ударил и сделал еще шаг назад. Надо было как-то отвлечь Лайтвуда, чтобы прийти в себя.
- И что ты теперь планируешь делать, жалкая подстилка нежити? - выплюнул Джонатан, криво улыбнувшись. В голове лихорадочно крутился один вопрос - Что происходит? - почему внезапно он получает ранения, просто разговаривая с этим недоумком. Он чувствовал, как черная ткань на штанах неприятно прилипла к коже в районе лодыжки, пропитавшись его собственной кровью. Рана похоже достаточно серьезная, не настолько, чтобы он не мог драться, но она явно будет осложнять движение. Мог ли Джейс что-то почувствовать и на расстоянии помешать ему убить его парабатайя или забрать сестру? Нет, это смахивает уже на бред. Тогда что это может быть?
Он достал из-за пояса кинжал. Ходить с одним только клинком крайне глупо, теперь они на равных и Лайтвуд не безоружен, а это значит, что он может его убить. Даже в таком состоянии он все равно сильнее и быстрее, чем Алек.

[AVA]http://savepic.net/8541877m.png[/AVA]

+3

9

Судить об успешности атаки было сложно – Алек был почти уверен, что Джонатан постарается что-нибудь выкинуть. Вот только вряд ли нефилим посчитает необходимым закончить всё одним ударом, будучи уверенным в своей силе и непобедимости. Этим стоило воспользоваться. Да, он уступал Моргенштерну в скорости и силе, но не мнил себя лучшим, можно было получить какое-то ранение, чтобы отвлечь этим и позволить почувствовать Себастьяну, что он просто играет. К тому же, Охотник привык к неравным схваткам – Джейс выкладывался по максимум на всех спаррингах, заставляя каждый раз стараться вести себя как-то иначе.
Того же, что произошло дальше, Лайтвуд не ожидал. Его противник отшатнулся, будто пытаясь уйти от удара или получив его, Алек врезал по руке, заставляя разжать пальцы, и тут же подобрал клинок. Что. Это. Было. Секундная передышка ушла не только на острую мысль, оставившую только недоумение. Впрочем, оно на лице нефилима не отразилось. Судя по всему, удивлены были оба.
Охотник взвесил в руке клинок, привыкая к балансу. Он было достаточно легким для быстрых ударов и достаточно длинным, чтобы сохранить расстояние. Подумать только, он будет сражаться с Моргенштерном их фамильном клинком. Иронию этого, пожалуй, мог бы оценить кто угодно, Алек же чувствовал отвращение ко всему сразу: и к оружию, и к его хозяину.
На этот раз нефилим не спешил сближаться, приняв пружинящую стойку и готовый в случае чего, тут же вернуть потерянное расстояние. Произнесенная плевком фраза, заставила сжать зубы и мысленно постараться успокоиться. Презрение – ничего более ждать не стоило. Именно так бы его видели другие Охотники. Только не стоит показывать, что это задело.
- Я планирую отсечь тебе кисть, если ты не бросишь кинжал, - это будет самым простым способом нейтрализовать Моргенштерна. И самым быстрым. Маловероятно, что он послушается, легко сдавшись в плен, но… Алек очень внимательно взглянул на его ногу, отмечая что она успела пострадать. Когда? – Ты ранен и не сможешь нормально защищаться.

+2

10

Пошел на хер, - мысленно произнес Джонатан на реплику Лайтвуда про то, что он ранен. Собственная нога интересовала его гораздо больше, чем предстоящий бой с нефилимом. Он по-прежнему не воспринимал его всерьез, ожидая, что все закончится очень быстро с предрешенным концом - его собственной победой. Он сделал несколько шагов, пытаясь осознать свое собственное положение.
Болела не только нога, но и пара левых ребер. Каждый шаг отдавался неприятной болью, которую, впрочем, можно было пережить в пылу схватки. Его больше интересовало, что сейчас происходит с Джейсом и где тот находится? Похоже "подарок" Лилит имел побочное действие. Верить в то, что он теперь настолько явно чувствует брата.... Безумно не хотелось. Это делало их обоих гораздо слабее, связывая по рукам и ногам. Похоже не только Джейс был привязан к нему магией, но и он тоже. Хотелось верить в то, что никто из Лайтвудов не будет пытаться убить Джейса, чтобы убить его... Говорить же о подобной  связи Алеку Джонатан считал лишним. Чем меньше Лайтвуд знает, тем лучше. Пусть уверен в том, что Джейс сам оставил их, решив вернуться к своей настоящей семье.
- Достань сначала до меня, - криво усмехнулся Джонатан, стараясь находиться от Лайтвуда на приличном расстоянии. Нет, он очень хорошо обращался с кинжалом и мог легко драться им против меча, вот только для этого необходимо было активно задействовать ноги, которые сейчас играли явно против Моргенштерна.
- Ну давай представим, - он развел руками, при этом внимательно следя за мечом в руке у Алека. Нужно каким-то резким движением попытаться выбить его... С другой стороны можно просто попробовать его убить, не тратя время  и попытки его обезоружить. Джейс пострадает. Но брат сам виноват. Не стоило сейчас лезть не пойми куда! - Я сдаюсь, - одна мысль об этом была ему противна. Он лучше умрет, чем будет в плену к этого недонефилима. - И что дальше? Сдашь меня Конклаву? - он усмехается, глядя на Алека в упор. Конклав теперь был под властью его отца и Лайтвуду было это прекрасно известно. - Запрешь в институте? И тем самым навлечешь на себя и свою оставшуюся небольшую семейку кучу проблем, - он пожимает плечами. - Страшно подумать,
что придется делать твоим родителям тогда... Воевать против собственных детей ужасно, а приструнить мятежников как-то же придется,
- в голосе Джонатана сейчас можно было услышать очень сильное сочувствие. - Что же ты будешь делать, Лайтвуд? - снова усмехается Джонатан, делая резкий выпад в сторону Алека, целясь ему прямо в шею кинжалом.

+1


Вы здесь » TMI. The Dark Souls » Сюжетные эпизоды » ep. 4 Встречи, которым лучше было бы не состояться


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC